Новости » "Я вернулся в счастливые города"

"Я вернулся в счастливые города"



Когда организаторы конкурса "Новая волна 2005", который завершился в августе, на своей первой пресс-конференции сообщили журналистам имена ведущих, в зале наступила "звенящая" тишина. Ведь среди них был назван и Святослав Бэлза, "академический" образ которого, больше знакомый почитателям классической музыки и литературы, никак не вписывался в представление о шоумене этого музыкального фестиваля. Но не зря русская пословица гласит: "Не место красит человека, а человек место".

Эту народную мудрость и подтвердил своей работой на эстрадной сцене Святослав Бэлза - заслуженный деятель искусств Российской Федерации и Польской Республики, старший научный сотрудник Института мировой литературы, автор свыше 300 публикаций, литературоведческих и литературно-критических работ, член президиума комиссии по государственным премиям при президенте России, кавалер польского офицерского креста, ордена Св. Николая Чудотворца "За преумножение добра на Земле". Сегодня Святослав Белза - гость "Новой газеты" - Что вы знаете о Елгаве и как часто приезжаете в Латвию?

- О вашем городе слышал хотя бы потому, что здесь когда-то выпускали микроавтобусы "РАФ". После развала СССР в Латвию долго не приезжал. В прошлом году посетил похорошевшую Ригу с приятной миссией: вел прямую трансляцию "Аиды" из Латвийской Национальной оперы. Раньше я бывал в Риге чуть ли не ежегодно. Еще студентом на одних соревнованиях по фехтованию до головокружения влюбился в рижанку. Говорят, что нельзя возвращаться в города, где ты был однажды счастлив. Но ни Рига, ни Юрмала, хотя ее некоторые уголки выглядят как после войны, меня не разочаровали. Хотя бы потому, что увидел здесь много хороших машин. Я как заядлый автомобилист обращаю на них внимание - Ни для кого не "тайна", что многие российские знаменитости приезжают в Латвию, в том числе на конкурсы "Новая волна", чтобы быстро заработать на своей большой популярности среди истосковавшихся по родному языку и музыке зрителей. Вы - потомственный дворянин. По словам ваших коллег и организаторов "НВ", честь для вас превыше материальных благ. К тому же не жалуете нынешнюю эстраду. Почему же вы согласились на роль шоумена?

- На "Новую волну" я приехал отчасти из любопытства, потому что я никогда не вел такие конкурсы. Но главное, что меня об этом попросил Раймонд Паулс, к которому я давно отношусь с безграничным уважением. Действительно, я не слишком высокого мнения о современной российской эстраде, потому что у меня есть с чем ее сравнивать. Работая в сфере академического искусства, знаю, что в этой области Россия находится если не впереди планеты всей, как было раньше, то, по крайней мере, на мировом уровне. Но я не сноб и не отношусь высокомерно к эстраде как виду искусства - мастера и ремесленники встречаются в любом музыкальном жанре. Как справедливо отметил один мой западный коллега, "если ты биолог, то нельзя изучать и ценить только слонов". Так же и в музыке. Я высоко ценю эстрадных мэтров Муслима Магомаева, Александра Градского, Тамару Гвердцители, Нани Брегвадзе и многих других. Они обладают неподражаемыми голосами и великие труженики - "Фабрики талантов" в России тиражируют десятки певцов и певиц. Но никто из ребят не может завоевать большой популярности у публики. Почему, по-вашему, в России не зажигаются настоящие звезды, достойные славы Клавдии Шульженко, Марка Бернеса и других гениальных эстрадных исполнителей?

- Поражения России на конкурсах Евровидения, отсутствие мега-звезд ранят самолюбие руководителей нашего шоу-бизнеса. Поэтому сейчас ведется серьезный поиск молодых талантов. Но этому процессу мешает тот фактор, что российский шоу-бизнес нацелен исключительно "на производство денег". Его представителям можно было бы добиться большего экономического эффекта, совершенствуя свой эстетический и музыкальный уровень. По моему убеждению, нельзя выпускать звезд "фабричным" методом. При современном уровне технических возможностей и определенных капиталовложений можно, как выражаются, "раскрутить" любое безголосое, а часто и бездарное создание.

Лев Толстой предупреждал, что нет ничего страшнее, чем приучать людей к тому, что похоже на искусство. Мы живем в то время, когда часто торжествуют имитаторы таланта и даже гениальности не только на эстраде, а также в академическом искусстве. Но такая огромная страна, как Россия, должна доказать, что может рождать собственных Лайз Минелли, Патрисий Каас, Полов Маккартни. Еще Верди говорил, что хорошая песня стоит иной оперы. И я продолжаю надеяться на то, что российская эстрада претерпит изменения. Уже название конкурса - "Новая волна" вселяет надежду, что свежий ветер перемен дойдет и до "эстрадных морей". По-моему, представители шоу-бизнеса сами устали от фонограмм, бесконечного тиражирования однообразных мелодий и примитивных текстов. На "Новой волне" большинство певцов все же хотят разрушить весьма не лестное мнение о нашей эстраде. Безусловно, среди эстрадной молодежи есть талантливые люди, но им не хватает школы. Ведь слишком велик соблазн сразу "впрыгнуть" в экраны телевизоров, быстро стать богатыми и знаменитыми. А любая сцена - филармоническая или эстрадная - требует времени, любви к искусству, каторжного труда - Как, по-вашему, рядовой зритель, не имеющий специального музыкального образования, может отличить сценическую имитацию от подлинного искусства?

- Отличить имитацию от подлинности - это, конечно же, непросто. Если человек не наделен развитым вкусом или не сумел его развить, он, видимо, должен посещать семинары, лекции. Когда человек слушает красивую музыку, читает хорошую книгу, а не банальную "жвачку" для ума, он уже становится участником творческого процесса. Это уже шаг к пониманию настоящего искусства, которое приходит постепенно. Надо, расширяя свои духовные горизонты, "шлифовать" свой вкус, посещая филармонические концерты, оперный театр. Родители в детстве заставляли меня мыть шею и идти в консерваторию или в Большой театр, хотя я больше стремился играть в пыли с мальчишками в футбол. Но я убежден, что если даже ребенку не прививали любовь к классике, ничего страшного в том нет. У молодежи могут быть свои эстрадные кумиры, но ей надо разбираться в иерархии культурных ценностей. Когда восхищаются пустотой, это ни к чему хорошему не приведет - Даже на столь сложной для непосвященных опере Сергея Прокофьева "Огненный ангел" в Большом можно встретить в первых рядах зрителей, которые, судя по их поведению, приходят не "шлифовать" вкус, а демонстрировать свой материальный достаток. Они зевают, даже говорят по мобильному телефону во время представления. Как же быть истинным ценителям искусства, которые стеснены материально и не могут регулярно посещать театр?

- Как правило, в Большой театр ходит только подготовленная публика. Увы, часто, когда на его сцене выступают звезды мирового уровня, например, Монтсеррат Кабалье или Пласидо Доминго, цена билетов резко возрастает. И не все настоящие ценители музыки могут прийти на их концерты. Не так давно, когда я был заместителем председателя оргкомитета конкурса им. Петра Ильича Чайковского, ко мне подошла пожилая дама, из тех интеллигентных женщин Старого Арбата, которые никогда не стареют, и сказала: "Мне неловко к вам обращаться, но я не пропускала ни одного конкурса с 1958 кода, когда на нем победил Ван Клиберн. А сейчас не могу купить на свою пенсию один билет". Конечно же, я ей помог. По этому грустному поводу у Вознесенского есть такие строки: "Было нечего надеть. Стало некуда ходить". Но сейчас уже происходит "естественный отбор", и в театр идут те, кто его действительно ценит как духовный храм. Я убежден, что искусство должно играть после религии важнейшую роль в воспитании нравственности - Как вы относитесь к своей популярности? Когда вы появлялись на улицах в Юрмале, вам смотрели вслед, караулили у гостиницы и просили дать автограф -К чему лукавить, слава - приятная ноша, но у нее есть и горькие стороны. Однажды я вернулся из командировки, и мама рассказала, что ее соседка видела в метро какой-то журнал со статьей - "Жена и любовница Святослава Бэлзы". Мама переволновалась, ведь там были напечатаны какие-то сплетни про меня. Но в этом интервью шла речь о моих встречах с Поваротти, Грэмом Грином. Когда корреспондент спросил меня, как я, литератор по образованию, могу вести музыкальные передачи, ответил ему: литература - "моя законная жена, а телевидение и классическая музыка - любовница". И еще один пример о "вреде" знаменитости. Я одеваюсь достаточно консервативно, но все вещи покупаю за рубежом по разным причинам. Одна из них - в Москве мое лицо известно многим, поэтому спокойно хожу по магазинам только в Париже или Риме. Знаю, там покупки не превратятся в беседу о литературе - У вас классический "стиль" в поведении и в одежде. Кто вам помог создать этот имидж, который хорошо запоминается?

- Моя рабочая одежда - это смокинг. Свою первую "форму" я храню как реликвию. Мне ее сшил в мастерских Большого театра старик- портной, который одевал еще Козловского и Лемешева. Смокинг выполнен из добротного сукна, с невероятно тяжелой подкладкой из конского волоса. В нем я впервые вышел на сцену Большого театра. Но одежда - лишь одна составляющая часть моего образа. Чем человек искреннее в общении, тем он становится элегантнее. В работе стараюсь быть самим собой. Мои первые режиссеры на телевидении учили меня: "Ты специально не старайся в кадре, как говоришь, так и говори". Я до сих пор следую их советам.

Автор: Елена Шалдаева, Новая газета

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha